Шутейные песни В. Высоцкого

Автор Jorik, 13-05-2008, 05:43:42

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Вниз

Jorik

ПРО ЛЮБОВЬ В КАМЕННОМ ВЕКЕ

А ну отдай мой каменный топор!
   И шкур моих набедренных не тронь!
   Молчи, не вижу я тебя в упор,-
   Сиди вон и поддерживай огонь!

   Выгадывать не смей на мелочах,
   Не опошляй семейный наш уклад!
   Не убрана пещера и очаг,-
   Разбаловалась ты в матриархат!

      Придержи свое мнение:
      Я - глава, и мужчина - я!
      Соблюдай отношения
      Первобытнообщинныя.

   Там мамонта убьют - поднимут вой,
   Начнут добычу поровну делить...
   Я не могу весь век сидеть с тобой -
   Мне надо хоть кого-нибудь убить!

   Старейшины сейчас придут ко мне, -
   Смотри еще - не выйди голой к ним!
   Век каменный - и не достать камней,-
   Мне стыдно перед племенем моим!

      Пять бы жен мне - наверное,
      Разобрался бы с вами я!
      Но дела мои - скверные,
      Потому - моногамия.

   А все - твоя проклятая родня!
   Мой дядя, что достался кабану,
   Когда был жив, предупреждал меня:
   Нельзя из людоедов брать жену!

   Не ссорь меня с общиной - это ложь,
   Что будто к тебе кто-то пристает, -
   Не клевещи на нашу молодежь,
   Она - надежда наша и оплот!

   Ну что глядишь - тебя пока не бьют, -
   Отдай топор - добром тебя прошу!
   А шкуры - где? Ведь люди засмеют!..
   До трех считаю, после - задушу!


ПИСЬМО К ДРУГУ
ИЛИ ЗАРИСОВКА О ПАРИЖЕ


   Ах, милый Ваня! Я гуляю по Парижу -
   И то, что слышу, и то, что вижу,-
   Пишу в блокнотик, впечатлениям вдогонку:
   Когда состарюсь - издам книжонку.

      Про то, что, Ваня, мы с тобой в Париже
      Нужны - как в бане пассатижи.

   Все эмигранты тут второго поколенья -
   От них сплошные недоразуменья:
   Они все путают - и имя, и названья,-
   И ты бы, Ваня, у них выл - "Ванья".

      А в общем, Ваня, мы с тобой в Париже
      Нужны - как в русской бане лыжи!

   Я сам завел с француженкою шашни,
   Мои друзья теперь - и Пьер, и Жан.
   Уже плевал я с Эйфелевой башни
   На головы беспечных парижан!

   Проникновенье наше по планете
   Особенно заметно вдалеке:
   В общественном парижском туалете
   Есть надписи на русском языке!

* * *

   Давно, в эпоху мрачного язычества,
   Огонь горел исправно, без помех,-
   А ныне, в век сплошного электричества,
   Шабашник - самый главный человек.

      Нам внушают про проводку,
      А нам слышится - про водку;
      Нам толкуют про тройник,
      А мы слышим: "на троих".

         Клиент, тряхни своим загашником
         И что нас трое - не забудь,-
         Даешь отъявленным шабашникам
         Чинить электро-что-нибудь!

   У нас теперь и опыт есть, и знание,
   За нами невозможно усмотреть,-
   Нарочно можем сделать замыкание,
   Чтоб без работы долго не сидеть.

   И мы - необходимая инстанция,
   Нужны, как выключателя щелчок,-
   Вам кажется: шалит электростанция -
   А это мы поставили "жучок"!

   "Шабашэлектро" наш нарубит дров еще,
   С ним вместе - дружный смежный "Шабашгаз".
   Шабашник - унизительное прозвище,
   Но что-то не обходятся без нас!


ПЕСНЯ ПРО КОНЬКОБЕЖЦА
НА КОРОТКИЕ ДИСТАНЦИИ,
КОТОРОГО ЗАСТАВИЛИ БЕЖАТЬ НА ДЛИННУЮ,
А ОН НЕ ХОТЕЛ


   Десять тысяч - и всего один забег
      остался.
   В это время наш Бескудников Олег
      зазнался.
   Я, - говорит, - болен, бюллетеню, нету сил! -
      и сгинул.
   Вот наш тренер мне тогда и предложил
      - беги, мол!
   Я ж на длинной на дистанции помру -
      не охну.
   Пробегу, быть может, только первый круг -
      и сдохну!
   Но сурово эдак тренер мне -
      мол, надо, Федя!
   Главное дело, чтоб воля, говорит, была
      к победе.
   Воля волей, если сил невпроворот!
      а я увлекся -
   Я на десять тыщ рванул, как на пятьсот, -
      и спекся.
   Подвела меня - ведь я предупреждал! -
      дыхалка.
   Пробежал всего два круга и упал...
      а жалко.
   И наш тренер, экс- и вице-чемпион
      ОРУДа,
   Не пускать меня велел на стадион,
      Иуда!
   Ведь вчера мы только брали с ним с тоски
      по "банке",
   А сегодня он кричит:  - Меняй коньки
      на санки!
   Жалко тренера - он тренер неплохой...
      ну и бог с ним -
   Я ведь нынче занимаюсь и борьбой
      и боксом.
   Не имею больше я на счет на свой
      сомнений -
   Все вдруг стали очень вежливы со мной -
      и тренер.

* * *

   До нашей эры соблюдалось чувство меры,
   Потом бандитов называли - "флибустьеры",-
   Потом названье звучное "пират"
      Забыли,-
      Бить их
      И словом оскорбить их
      Всякий рад.

   Бандит же ближних возлюбил - души не чает,
   И если что-то им карман отягощает -
   Он подойдет к им как интеллигент,
      Улыбку
      Выжмет -
      И облегчает ближних
      За момент.

   А если ближние начнут сопротивляться,
   Излишне нервничать и сильно волноваться,-
   Тогда бандит поступит как бандит:
      Он стрельнет
      Трижды -
      И вмиг приводит ближних
      В трупный вид.

   А им за это - ни чинов, ни послаблений,-
   Доходит даже до взаимных оскорблений,-
   Едва бандит выходит за порог,
      Как сразу:
      "Стойте!
      Невинного не стройте!
      Под замок!"

   На теле общества есть много паразитов,
   Но почему-то все стесняются бандитов,-
   И с возмущеньем хочется сказать:
      "Поверьте,-
      Боже,
      Бандитов надо тоже
      Понимать!"


ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ ТЕЛЕПЕРЕДАЧИ
"ОЧЕВИДНОЕ НЕВЕРОЯТНОЕ"
ИЗ КАНАТЧИКОВОЙ ДАЧИ


   Дорогая передача! Во субботу чуть не плача,
   Вся Канатчикова Дача к телевизору рвалась.
   Вместо, чтоб поесть, помыться, уколоться и забыться,
   Вся безумная больница у экрана собралась.

   Говорил, ломая руки, краснобай и баламут
   Про бессилие науки перед тайною Бермуд.
   Все мозги разбил на части, все извилины заплел,
   И канатчиковы власти колят нам второй укол.

   Уважаемый редактор! Может лучше про реактор,
   Про любимый лунный трактор? Ведь нельзя же, год подряд
   То тарелками пугают, дескать, подлые, летают,
   То у вас собаки лают, то руины говорят.

   Мы кое в чем поднаторели - мы тарелки бьем весь год,
   Мы на них уже собаку съели, если повар нам не врет.
   А медикаментов груды - мы в унитаз, кто не дурак,
   Вот это жизнь! И вдруг Бермуды. Вот те раз, нельзя же так!

   Мы не сделали скандала - нам вождя недоставало.
   Настоящих буйных мало - вот и нету вожаков.
   Но на происки и бредни сети есть у нас и бредни,
   И не испортят нам обедни злые происки врагов!

   Это их худые черти бермутят воду во пруду,
   Это все придумал Черчилль в восемнадцатом году.
   Мы про взрывы, про пожары сочиняли ноту ТАСС,
   Тут примчались санитары и зафиксировали нас.

   Тех, кто был особо боек, прикрутили к спинкам коек,
   Бился в пене параноик, как ведьмак на шабаше:
   "Развяжите полотенцы, иноверы, изуверцы,
   Нам бермуторно на сердце и бермутно на душе!"

   Сорок душ посменно воют, раскалились добела.
   Вот как сильно беспокоят треугольные дела!
   Все почти с ума свихнулись, даже кто безумен был,
   И тогда главврач Маргулис телевизор запретил.

   Вон он, змей, в окне маячит, за спиною штепсель прячет.
   Подал знак кому-то, значит, фельдшер, вырви провода.
   И нам осталось уколоться и упасть на дно колодца,
   И там пропасть на дне колодца, как в Бермудах, навсегда.

   Ну а завтра спросят дети, навещая нас с утра:
   "Папы, что сказали эти кандидаты в доктора?"
   Мы ответим нашим чадам правду, им не все равно:
   Удивительное рядом, но оно запрещено!

   А вон дантист-надомник Рудик,у него приемник "Грюндиг",
   Он его ночами крутит, ловит, контра, ФРГ.
   Он там был купцом по шмуткам и подвинулся рассудком,
   А к нам попал в волненьи жутком,
   С растревоженным желудком и с номерочком на ноге.

   Он прибежал, взволнован крайне, и сообщеньем нас потряс,
   Будто наш научный лайнер в треугольнике погряз.
   Сгинул, топливо истратив, весь распался на куски,
   Но двух безумных наших братьев подобрали рыбаки.

   Те, кто выжил в катаклизме, пребывают в пессимизме.
   Их вчера в стеклянной призме к нам в больницу привезли.
   И один из них, механик, рассказал, сбежав от нянек,
   Что Бермудский многогранник - незакрытый пуп Земли.

   "Что там было, как ты спасся?"- Каждый лез и приставал.
   Но механик только трясся и чинарики стрелял.
   Он то плакал, то смеялся, то щетинился, как еж.
   Он над нами издевался. Ну сумасшедший, что возьмешь!

   Взвился бывший алкоголик, матерщинник и крамольник,
   Говорит: "Надо выпить треугольник. На троих его, даешь!"
   Разошелся, так и сыплет: "Треугольник будет выпит.
   Будь он параллелепипед, будь он круг, едрена вошь!"

   Пусть безумная идея, не решайте сгоряча!
   Отвечайте нам скорее через доку-главврача.
   С уваженьем. Дата, подпись... Отвечайте нам, а то,
   Если вы не отзоветесь мы напишем в "Спортлото".


ВЕСЕЛАЯ ПОКОЙНИЦКАЯ

   Едешь ли в поезде, в автомобиле,
   Или гуляешь, хлебнувши винца,-
   При современном машинном обилье
   Трудно по жизни пройти до конца.

   Вот вам авария: в Замоскворечье
   Трое везли хоронить одного,-
   Все, и шофер, получили увечья,
   Только который в гробу - ничего.

   Бабы по найму рыдали сквозь зубы,
   Дьякон - и тот верхней ноты не брал,
   Громко фальшивили медные трубы,-
   Только который в гробу - не соврал.

   Бывший начальник - и тайный разбойник -
   В лоб лобызал и брезгливо плевал,
   Все приложились,- а скромный покойник
   Так никого и не поцеловал.

   Но грянул гром - ничего не попишешь,
   Силам природы на речи плевать,-
   Все побежали под плиты и крыши,-
   Только покойник не стал убегать.

   Что ему дождь - от него не убудет,-
   Вот у живущих - закалка не та.
   Ну, а покойники, бывшие люди,-
   Смелые люди и нам не чета.

   Как ни спеши, тебя опережает
   Клейкий ярлык, как отметка на лбу,-
   А ничего тебе не угрожает,
   Только когда ты в дубовом гробу.

   Можно в отдельный, а можно и в общий -
   Мертвых квартирный вопрос не берет,-
   Вот молодец этот самый - усопший -
   Вовсе не требует лишних хлопот.

   В царстве теней - в этом обществе строгом -
   Нет ни опасностей, нет ни тревог,-
   Ну, а у нас - все мы ходим под богом,
   Только которым в гробу - ничего.

   Слышу упрек: "Он покойников славит!"
   Нет, я в обиде на злую судьбу:
   Всех нас когда-нибудь кто-то задавит,-
   За исключением тех, кто в гробу.


* * *
   Если б я был физически слабым -
   Я б морально устойчивым был,-
   Ни за что не ходил бы по бабам,
   Алкоголю б ни грамма не пил!

   Если б я был физически сильным -
   Я б тогда - даже думать боюсь! -
   Пил бы влагу потоком обильным,
   Но... по бабам - ни шагу, клянусь!

   Ну а если я средних масштабов -
   Что же делать мне, как же мне быть? -
   Не могу игнорировать бабов,
   Не могу и спиртного не пить!


ЖЕРТВА ТЕЛЕВИДЕНИЯ

   Есть телевизор - подайте трибуну,-
   Так проору - разнесется на мили!
   Он - не окно, я в окно и не плюну,-
   Мне будто дверь в целый мир прорубили.   

   Все на дому - самый полный обзор:
   Отдых в Крыму, ураган и Кобзон,
   Фильм, часть седьмая - тут можно поесть:
   Я не видал предыдущие шесть.

      Врубаю первую - а там ныряют,-
      Ну, это так себе, а с двадцати -
      "А ну-ка, девушки!" - что вытворяют!
      И все - в передничках,- с ума сойти!

   Есть телевизор - мне дом не квартира,-
   Я всею скорбью скорблю мировою,
   Грудью дышу я всем воздухом мира,
   Никсона вижу с его госпожою.

   Вот тебе раз! Иностранный глава -
   Прямо глаз в глаз, к голове голова,-
   Чуть пододвинул ногой табурет -
   И оказался с главой тет-на-тет.

      Потом - ударники в хлебопекарне,-
      Дают про выпечку до десяти.
      И вот любимая - "А ну-ка, парни!" -
      Стреляют, прыгают,- с ума сойти!

   Если не смотришь - ну пусть не болван ты,
   Но уж, по крайности, богом убитый:
   Ты же не знаешь, что ищут таланты,
   Ты же не ведаешь, кто даровитый!

   Как убедить мне упрямую Настю?! -
   Настя желает в кино - как суббота,-
   Настя твердит, что проникся я страстью
   К глупому ящику для идиота.

   Да, я проникся - в квартиру зайду,
   Глядь - дома Никсон и Жорж Помпиду!
   Вот хорошо - я бутылочку взял,-
   Жорж - посошок, Ричард, правда, не стал.

      Ну а действительность еще кошмарней,-
      Врубил четвертую - и на балкон:
      "А ну-ка, девушки!" "А ну-ка, парням!"
      Вручают премию в ООН!

   ...Ну а потом, на Канатчиковой даче,
   Где, к сожаленью, навязчивый сервис,
   Я и в бреду все смотрел передачи,
   Все заступался за Анджелу Дэвис.

   Слышу: не плачь - все в порядке в тайге,
   Выигран матч СССР-ФРГ,
   Сто негодяев захвачены в плен,
   И Магомаев поет в КВН.

      Ну а действительность еще шикарней -
      Два телевизора - крути-верти:
      "А ну-ка, девушки!" - "А ну-ка, парни!",-
      За них не боязно с ума сойти!
"А люди справедливости хотят"

FOMA

зачод Жорик. ушол читать.

Jorik

В далеком созвездии Тау Кита
   Все стало для нас непонятно,-
   Сигнал посылаем: "Вы что это там?"-
   А нас посылают обратно.

      На Тау Ките
      Живут в красоте -
      Живут, между прочим, по-разному -
      Товарищи наши по разуму.

   Вот, двигаясь по световому лучу
   Без помощи, но при посредстве,
   Я к Тау Кита этой самой лечу,
   Чтоб с ней разобраться на месте.

      На Тау Кита
      Чегой-то не так -
      Там таукитайская братия
      Свихнулась, - по нашим понятиям.

   Покамест я в анабиозе лежу,
   Те таукитяне буянят,-
   Все реже я с ними на связь выхожу:
   Уж очень они хулиганят.

      У таукитов
      В алфавите слов -
      Немного, и строй - буржуазный,
      И юмор у них - безобразный.

   Корабль посадил я как собственный зад,
   Слегка покривив отражатель.
   Я крикнул по-таукитянски: "Виват!"-
   Что значит по-нашему - "Здрасьте!".

      У таукитян
      Вся внешность - обман,-
      Тут с ними нельзя состязаться:
      То явятся, то растворятся...

   Мне таукитянин - как вам папуас,-
   Мне вкратце об них намекнули.
   Я крикнул: "Галактике стыдно за вас!"-
   В ответ они чем-то мигнули.

      На Тау Ките
      Условья не те:
      Тут нет атмосферы, тут душно,-
      Но таукитяне радушны.

   В запале я крикнул им: мать вашу, мол!..
   Но кибернетический гид мой
   Настолько буквально меня перевел,
   Что мне за себя стало стыдно.

      Но таукиты -
      Такие скоты -
      Наверно, успели набраться:
      То явятся, то растворятся...

   "Вы, братья по полу, - кричу, - мужики!
   Ну что..." - тут мой голос сорвался,-
   Я таукитянку схватил за грудки:
   "А ну, - говорю,- признавайся!.."

      Она мне: "Уйди!"-
      Мол, мы впереди -
      Не хочем с мужчинами знаться,-
      А будем теперь почковаться!

   Не помню, как поднял я свой звездолет,-
   Лечу в настроенье питейном:
   Земля ведь ушла лет на триста вперед,
   По гнусной теории Эйнштейна!

      Что, если и там,
      Как на Тау Кита,
      Ужасно повысилось знанье,-
      Что, если и там - почкованье?

ЧТО СЛУЧИЛОСЬ В АФРИКЕ

   В желтой жаркой Африке,
   В центральной ее части,
   Как-то вдруг, вне графика,
   Случилося несчастье.
   Слон сказал, не разобрав:
   - Видно быть потопу!..-
   В общем так: один Жираф
   Влюбился в Антилопу.

      Тут поднялся галдеж и лай,
      И только старый Попугай
      Громко крикнул из ветвей:
      - Жираф большой - ему видней!

   - Что же, что рога у ней?-
   Кричал Жираф любовно.-
   Нынче в нашей фауне
   Равны все поголовно!
   Если вся моя родня
   Будет ей не рада,-
   Не пеняйте на меня -
   Я уйду из стада!

      Тут поднялся галдеж и лай,
      И только старый Попугай
      Громко крикнул из ветвей:
      - Жираф большой - ему видней!

   Папе антилопьему
   Зачем такого сына?
   Все равно - что в лоб ему,
   Что по лбу - все едино.
   И жирафов зять брюзжит:
   - Видали остолопа?-
   И ушли к бизонам жить
   С Жирафом Антилопа.

      Тут поднялся галдеж и лай,
      И только старый Попугай
      Громко крикнул из ветвей:
      - Жираф большой - ему видней!

   В желтой жаркой Африке
   Не видать идиллий.
   Льют Жираф с Жирафихой
   Слезы крокодильи.
   Только горю не помочь -
   Нет теперь закона.
   У Жирафов вышла дочь
   Замуж за Бизона.

      Пусть Жираф был неправ,
      Но виновен не Жираф,
      А тот, кто крикнул из ветвей:
      - Жираф большой - ему видней!


ПЕСЕНКА ПРО КОЗЛА ОТПУЩЕНИЯ

   В заповеднике (вот в каком - забыл)
   Жил да был Козел - роги длинные,-
   Хоть с волками жил - не по-волчьи выл -
   Блеял песенки, да все козлиные.

      И пощипывал он травку, и нагуливал бока,
      Не услышишь от него худого слова,-
      Толку было с него, правда, как с козла молока,
      Но вреда, однако, тоже - никакого.

   Жил на выпасе, возле озерка,
   Не вторгаясь в чужие владения,-
   Но заметили скромного Козлика
   И избрали в козлы отпущения!

   Например, Медведь - баламут и плут -
   Обхамит кого-нибудь по-медвежьему,-
   Враз Козла найдут, приведут и бьют:
   По рогам ему и промеж ему...

      Не противился он, серенький, насилию со злом,
      А сносил побои весело и гордо.
      Сам Медведь сказал: "Робяты, я горжусь Козлом -
      Героическая личность, козья морда!"

   Берегли Козла как наследника,-
   Вышло даже в лесу запрещение
   С территории заповедника
   Отпускать Козла отпущения.

   А Козел себе все скакал козлом,
   Но пошаливать он стал втихимолочку:
   Как-то бороду завязал узлом -
   Из кустов назвал Волка сволочью.

      А когда очередное отпущенье получал -
      Все за то, что волки лишку откусили,-
      Он, как будто бы случайно, по-медвежьи зарычал,-
      Но внимания тогда не обратили.

   Пока хищники меж собой дрались,
   В заповеднике крепло мнение,
   Что дороже всех медведей и лис -
   Дорогой Козел отпущения!

   Услыхал Козел - да и стал таков:
   "Эй, вы, бурые,- кричит,- эй вы, пегие!
   Отниму у вас рацион волков
   И медвежие привилегии!

      Покажу вам "козью морду" настоящую в лесу,
      Распишу туда-сюда по трафарету,-
      Всех на роги намотаю и по кочкам разнесу,
      И ославлю по всему по белу свету!

   Не один из вас будет землю жрать,
   Все подохнете без прощения,-
   Отпускать грехи кому - это мне решать:
   Это я - Козел отпущения!"

   ...В заповеднике (вот в каком забыл)
   Правит бал Козел не по-прежнему:
   Он с волками жил - и по-волчьи взвыл,-
   И орет теперь по-медвежьему.


ПЕСНЯ ПРО НЕЧИСТЬ

   В заповедных и дремучих, страшных Муромских лесах
   Всяка нечисть бродит тучей и в проезжих сеет страх.
      Воет воем, что твои упокойники.
      Если есть там соловьи - то разбойники.
         Страшно, аж жуть!

   В заколдованных болотах там кикиморы живут,-
   Защекочут до икоты и на дно уволокут.
      Будь ты конный, будь ты  пеший - заграбастают,
              А уж лешие так по лесу и шастают.
         Страшно, аж жуть!

   А мужик, купец иль воин попадал в дремучий лес,
   Кто за чем - кто с перепою, а кто сдуру в чащу лез.
      По причине попадали, без причины ли,
      Всех их только и видали,- словно сгинули.
         Страшно, аж жуть!

   Из заморского из леса, где и вовсе сущий ад,
   Где такие злые бесы - чуть друг друга не едят,
      Чтоб творить им совместное зло потом,
      Поделиться приехали опытом.
         Страшно, аж жуть!

   Соловей-Разбойник главный им устроил буйный пир,
   А от них был Змей трехглавый и слуга его - Вампир.
      Пили зелье в черепах, ели бульники,
      Танцевали на гробах, богохульники!
         Страшно, аж жуть!

   Змей Горыныч взмыл на древо, ну раскачивать его:
   - Выводи, Разбойник, девок, пусть покажут кой-чего!
      Пусть нам лешие попляшут, попоют,
      А не то, я, матерь вашу, всех сгною! -
         Страшно, аж жуть!

   Соловей-Разбойник тоже был не только лыком шит.
   Гикнул, свистнул, крикнул: - Рожа, гад заморский, паразит!
      Убирайся без боя, уматывай!
      И Вампира с собою прихватывай! -
         Страшно, аж жуть!

   Все взревели, как медведи: - Натерпелись, столько лет!
   Ведьмы мы или не ведьмы? Патриотки или нет?!
      Налил бельма, ишь ты, клещ, отоварился!
      А еще на наших женщин позарился!-
                Страшно, аж жуть!

   И теперь седые люди помнят прежние дела -
   Билась нечисть груди в груди и друг друга извела.
      Прекратилось навек безобразие,
      Ходит в лес человек безбоязненно.
         И не страшно - ничуть!


ПРО ДИКОГО ВЕПРЯ

В королевстве, где все тихо и складно,
   Где ни войн, ни катаклизмов, ни бурь,
   Появился дикий вепрь огромадный -
   То ли буйвол, то ли бык, то ли тур.

   Сам король страдал желудком и астмой,
   Только кашлем сильный страх наводил,
   А тем временем зверюга ужасный
   Коих ел, а коих в лес волочил.

   И король тотчас издал три декрета:
   "Зверя надо одолеть наконец!
   Кто отважется на дело на это -
   Тот принцессу поведет под венец!"

   А в отчаявшемся том государстве -
   Как войдешь, так сразу наискосок,-
   В бесшабашной жил тоске и гусарстве
   Бывший лучший королевский стрелок.

   На полу лежали люди и шкуры,
   Пели песни, пили меды - и тут
   Протрубили во дворце трубадуры,
   Хвать стрелка! - и во дворец волокут.

   И король ему прокашлял: - Не буду
   Я читать тебе моралей, юнец!
   Если завтра победишь Чуду-юду,
   То принцессу поведешь под венец.

   А стрелок: - Да это что за награда?
   Мне бы выкатить портвейна бадью!
   А принцессу мне и даром не надо -
   Чуду-юду я и так победю.

   А король: - Возьмешь принцессу - и точка!
   А не то тебя - раз-два! - и в тюрьму!
   Это все же королевская дочка! -
   А стрелок: - Ну хоть убей - не возьму!

   И пока король с ним так препирался,
   Съел уже почти всех женщин и кур,
   И возле самого дворца ошивался
   Этот самый то ли бык, то ли тур.

   Делать нечего - портвейн он отспорил,
   Чуду-юду победил и убег.
   Вот так принцессу с королем опозорил
   Бывший лучший, но опальный стрелок.


* * *
   В Ленинграде-городе
      у Пяти Углов
   Получил по морде
      Саня Соколов:
   Пел немузыкально,
      скандалил,-
   Ну и, значит, правильно,
      что дали.

   В Ленинграде-городе -
      тишь и благодать!
   Где шпана и воры где?
      Просто не видать!
   Не сравнить с Афинами -
      прохладно,
   Правда, шведы с финнами,-
      ну ладно!

   В Ленинграде-городе -
      как везде, такси,-
   Но не остановите -
      даже не проси!
   Если сильно водку пьешь
      по пьянке -
   Не захочешь, а дойдешь
      к стоянке!


ПИСЬМО РАБОЧИХ ТАМБОВСКОГО ЗАВОДА
КИТАЙСКИМ РУКОВОДИТЕЛЯМ

   В Пекине очень мрачная погода,
   У нас в Тамбове на заводе перекур,-
   Мы пишем вам с тамбовского завода,
   Любители опасных авантюр!

   Тем, что вы договор не подписали,
   Вы причинили всем народам боль
   И, извращая факты, доказали,
   Что вам дороже генерал де Голль.

   Нам каждый день насущный мил и дорог,-
   Но если даже вспомнить старину,
   То это ж вы изобретали порох
   И строили Китайскую стену.

   Мы понимаем - вас совсем не мало,
   Чтоб триста миллионов погубить,-
   Но мы уверены, что сам товарищ Мао,
   Ей-богу, очень-очень хочет жить.

   Когда вы рис водою запивали -
   Мы проявляли интернационализм,-
   Небось, когда вы русский хлеб жевали,
   Не говорили про оппортунизм!

   Боитесь вы, что реваншисты в Бонне,
   Что Вашингтон грозится перегнать,-
   Но сам Хрущев сказал еще в ООНе,
   Что мы покажем кузькину им мать!

   Вам не нужны ни бомбы, ни снаряды -
   Не раздувайте вы войны пожар,-
   Мы нанесем им, если будет надо,
   Ответный термоядерный удар.

   А если зуд - без дела не страдайте,-
   У вас еще достаточно делов:
   Давите мух, рождаемость снижайте,
   Уничтожайте ваших воробьев!

   И не интересуйтесь нашим бытом -
   Мы сами знаем, где у нас чего.
   Так наш ЦК писал в письме открытом,-
   Мы одобряем линию его!


СТРАННАЯ СКАЗКА

   В Тридевятом государстве
   (Трижды девять - двадцать семь)
   Все держалось на коварстве,
   Без проблем и без систем.
      
      Нет того, чтобы сам воевать!
      Стал король втихаря попивать,
      Расплевался с королевой,
      Дочь оставил старой девой,
      А наследник пошел воровать.

   В Тридесятом королевстве
   (Трижды десять - тридцать, что ль?)
   В добром дружеском соседстве
   Жил еще один король.

      Тишь да гладь, да спокойствие там,
      Хоть король был отъявленный хам,
      Он прогнал министров с кресел,
      Оппозицию повесил
      И скучал от тоски по делам.

   В Триодиннадцатом царстве
   (То бишь, в царстве тридцать три)
   Царь держался на лекарстве:
   Воспалились пузыри.

      Был он милитарист и вандал,
      Двух соседей зазря оскорблял,
      Слал им каждую субботу
      Оскорбительную ноту,
      Шел на международный скандал.

   Тридцать третьем царь сказился:
   Не хватает, мол, земли.
   На соседей покусился -
   И взбесились короли.

      - Обуздать его, смять! - Только глядь:
      Нечем в Двадцать седьмом воевать,
      А в Тридцатом - полководцы
      Все утоплены в колодце,
      И вассалы восстать норовят...
"А люди справедливости хотят"

CapaFAN

Ого, ты сам это все читал?

Jorik

Цитата: Nokias от 13-05-2008, 12:07:45
Ого, ты сам это все читал?

Не просто читал! Почти всё знаю наизусть!!
"А люди справедливости хотят"

GELEZO


Jorik

ПЕСНЯ ПРО ПЛОТНИКА ИОСИФА,
ДЕВУ МАРИЮ, СВЯТОГО ДУХА,
И НЕПОРОЧНОЕ ЗАЧАТИЕ

   Возвращаюся с работы,
   Рашпиль ставлю у стены,-
   Вдруг в окно порхает кто-то
   Из постели от жены!

   Я, конечно, вопрошаю:
      "Кто такой?"
   А она мне отвечает:
      "Дух святой!"

      Ох, я встречу того Духа -
      Ох, отмечу его в ухо!
      Дух он тоже Духу рознь:
      Коль святой - так Машку брось!

      Хоть ты - кровь голубая,
      Хоть ты - белая кость,-
      Вот родится Он, и знаю -
      Не пожалует Христос!

   Машка - вредная натура -
   Так и лезет на скандал,-
   Разобиделася, дура:
   Вроде, значит, помешал!

   Я сперва-сначала с лаской:
      То да се...
   А она - к стене с опаской:
      "Нет, и все!"

      Я тогда цежу сквозь зубы,
      Но уже, конечно, грубо:
      "Хоть он возрастом и древний,
      Хоть годов ему тыщ шесть,-
      У него в любой деревне
      Две-три бабы точно есть!"

   Я - к Марии с предложеньем,-
   Я на выдумки мастак! -
   Мол, в другое воскресенье
   Ты, Мария, сделай так:

   Я потопаю под утро -
      Мол, пошел,-
   А ты прими его как будто,
      Хорошо?

      Ты накрой его периной -
      И запой,- тут я с дубиной!
      Он - крылом, а я - колом,
      Он - псалмом, а я - кайлом!

      Тут, конечно, он сдается -
      Честь Марии спасена,-
      Потому что мне сдается,
      Этот Ангел - Сатана!

   ...Вот влетаю с криком, с древом,
   Весь в надежде на испуг...
   Машка плачет. "Машка, где он?"
   "Улетел, желанный Дух!"

   "Как же это, я не знаю,
      Как успел?"
   "Да вот так вот,- отвечает,-
      Улетел!

      Он псалом мне прочитал
      И крылом пощекотал..."
      "Так шутить с живым-то мужем!
      Ах ты скверная жена!.."
      Я взмахнул своим оружьем...
      Смейся, смейся, Сатана!


* * *
   Граждане! Зачем толкаетесь,
   На скандал и ссору нарываетесь?-
   Сесть хотите? Дальняя дорога?..
   Я вам уступлю, ради Бога!

   Граждане, даже пьяные!
   Все мы - пассажиры постоянные,
   Все живем, билеты отрываем,
   Все по жизни едем трамваем...

   Тесно вам? И зря ругаетесь -
   Почему вперед не продвигаетесь?
   Каши с вами, видимо, не сваришь...
   Никакой я вам не товарищ!

   Ноги все прокопытили,
   Вон уже дыра в кулак на кителе.
   Разбудите этого мужчину -
   Он во сне поет матерщину.

   Граждане! Жизнь кончается -
   Третий круг сойти не получается!
   "С вас, товарищ, штраф - рассчитайтесь!
   Нет? Тогда еще покатайтесь!"


ПИСЬМО НА СЕЛЬХОЗВЫСТАВКУ

   Здравствуй, Коля, милый мой, друг мой ненаглядный!
   Во первых строках письма шлю тебе привет.
   Вот приедешь ты, боюсь, занятой, нарядный,
   Не заглянешь и домой - сразу в сельсовет.

   Как уехал ты - я в крик, бабы прибежали:
   - Ох, разлуки, - говорят, - ей не перенесть.
   Так скучала за тобой, что меня держали,
   Хоть причины не скучать очень даже есть.

   Тут вот Пашка приходил, кум твой окаянный.
   Еле-еле не далась - даже счас дрожу.
   Он три дня уж, почитай, ходит злой и пьяный,
   Перед тем, как приставать, пьет для куражу.

   Ты, болтают,  получил премию большую!
   Будто Борька, наш бугай, первый чемпион!
   К злыдню этому, быку, я тебя ревную
   И люблю тебя сильней, нежели чем он.

   Ты приснился мне больной, пьяный и угрюмый,
   Если думаешь чего, так не мучь себя.
   С агрономом я прошлась, только ты не думай,-
   Говорили мы весь час только про тебя.

   Я-то ладно, а вот ты - страшно за тебя-то.
   Тут недавно приезжал очень важный чин,
   Так в столице, говорит, всякие развраты,
   Да и женщин, говорит, больше, чем мужчин.

   Ты уж Коля, там не пей, потерпи до дому.
   Дома можно хоть чего - можешь хоть в запой.
   Мне не надо никого, даже агронома,
   Хоть культурный человек - не сравню с тобой.

   Наш амбар в дожди течет -  прохудился, верно.
   Без тебя невмоготу - кто создаст уют!
   Хоть какой, но приезжай, жду тебя безмерно.
   Если можешь - напиши, что там продают.


ПРО ДВУХ ГРОМИЛОВ -
БРАТЬЕВ ПРОВА И НИКОЛАЯ
   Как в селе Большие Вилы,
   Где еще сгорел сарай,
   Жили-были два громилы
   Огромадной жуткой силы -
   Братья Пров и Николай.

   Николай - что понахальней -
   По ошибке лес скосил,
   Ну а Пров - в опочивальни
   Рушил стены - и входил.

      Как братья не вяжут лыка,
      Пьют отвар из чаги -
      Все от мала до велика
      Прячутся в овраге.

   В общем, лопнуло терпенье,-
   Ведь добро - свое, не чье,-
   И идти на усмиренье
   Порешило мужичье.

   Николай - что понахальней,-
   В тот момент быка ломал,
   ну а Пров в какой-то спальне
   С маху стену прошибал.

      "Эй, братан, гляди - ватага,-
      С кольями, да слышь ли,-
      Чтой-то нынче из оврага
      Рановато вышли!"

   Неудобно сразу драться -
   Наш мужик так не привык,-
   Стали прежде задираться:
   "Для чего, скажите, братцы,
   Нужен вам безрогий бык?!"

   Николаю это странно:
   "Если жалко вам быка -
   С удовольствием с братаном
   Можем вам намять бока!"

      Где-то в поле замер заяц,
      Постоял - и ходу...
      Пров ломается, мерзавец,
      Сотворивши шкоду.

   "Ну-ка, кто попробуй вылезь -
   Вмиг разделаюсь с врагом!"
   Мужики перекрестились -
   Всей ватагой навалились:
   Кто - багром, кто - батогом.

   Николай, печась о брате,
   Первый натиск отражал,
   Ну а Пров укрылся в хате
   И оттуда хохотал.

      От могучего напора
      Развалилась хата,-
      Пров оттяпал ползабора
      Для спасенья брата.

   "Хватит, брат, обороняться -
   Пропадать так пропадать!
   Коля, нечего стесняться,-
   Колья начали ломаться,-
   Надо, Коля, нападать!"

   По мужьям да по ребятам
   Будут бабы слезы лить...
   Но решили оба брата
   С наступленьем погодить.

      "Гляди в оба, братень,-
      Со спины заходят!"
      "Может, оборотень?"
      "Не похоже вроде!"

   Дело в том, что к нам в селенье
   Напросился на ночлег -
   И остался до Успенья,
   А потом - на поселенье
   Никчемушный человек.

   И сейчас вот из-за крика
   Ни один не услыхал:
   Этот самый горемыка
   Чтой-то братьям приказал.

      Кровь уже лилась ручьями,-
      Так о чем же речь-то?
      "Бей братьев!" - Но вдруг с братьями
      Сотворилось нечто:

   Братьев как бы подкосило -
   Стали братья отступать -
   Будто вмиг лишились силы...
   Мужичье их попросило
   Больше бед не сотворять.

   ...Долго думали-гадали,
   Что блаженный им сказал,-
   Как затылков ни чесали -
   Ни один не угадал.

      И решили: он заклятьем
      Обладает, видно...
      Ну а он сказал лишь: "Братья,
      Как же вам не стыдно!"


* * *
   Как во городе во главном,
   Как известно - златоглавом,
   В белокаменных палатах,
      Знаменитых на весь свет,
   Воплотители эпохи -
   Лицедеи-скоморохи,
   У кого дела не плохи,-
      Собиралися на банкет.

   Для веселья есть причина:
   Ну, во-первых - дармовщина,
   Во-вторых - любой мужчина
      Может даму пригласить,
   И, потискав даму эту,
   По паркету весть к буфету
   И без денег - по билету -
      Накормить и закусить.

   И стоят в дверном проеме
   На великом том приеме
   На дежурстве и на стреме
      Тридцать три богатыря,-
   Им потеха - где шумиха,
   Там ребята эти лихо
   Крутят рученьки, но - тихо,
      Ничего не говоря.

   Но ханыга, прощелыга,
   Забулдыга и сквалыга -
   От монгольского от ига
      К нам в наследство перешли,-
   И они входящим - в спину -
   Хором, враз: "Даешь Мазину,
   Дармовую лососину
      И Мишеля Пиколи!"

   ...В кабаке старинном "Каме"
   Парень кушал с мужиками,-
   Все ворочали мозгами -
      Кто хорош, а кто и плох.
   А когда кабак закрыли,
   Все решили: недопили,-
   И трезвейшего снабдили,
      Чтоб чего-то приволок.

   Парень этот для начала
   Чуть пошастал у вокзала -
   Там милиция терзала
      Сердобольных шоферов,-
   Он рванул тогда накатом
   К белокаменным палатам -
   Прямо в лапы к тем ребятам -
      По мосту, что через ров.

   Под дверьми все непролазней -
   Как у лобного на казни,
   И толпа побезобразней -
      Вся колышется, гудет,-
   Не прорвешься, хоть ты тресни!
   Но узнал один ровесник:
   "Это тот, который - песни,-
      Пропустите, пусть идет!"

   "Не толкайте, не подвинусь!"
   Думал он: а вдруг на вынос
   Не дадут - вот будет минус!..
      Ах! Красотка на пути!
   Но <Ивану> не до крали,-
   Лишь бы только торговали,
   Лишь бы дали, лишь бы дали!
      Время - два без десяти.

   У буфета все нехитро:
   "Пять 'четверок', два пол-литра!
   Эй, мамаша, что сердита?
      Сдачи можешь не давать!.."
   Повернулся - а средь зала
   Краля эта танцевала:
   Вся блестела, вся сияла,-
      Как звезда - ни дать ни взять!

   И упали из подмышек
   Две "больших" и пять "малышек"
   (Жалко, жалко ребятишек -
      Тех, что бросил он в беде),-
   И осколки, как из улья,
   Разлетелись - и под стулья.
   А пред ним мелькала тулья
      Золотая на звезде.

   Он за воздухом к балконам,-
   Поздно! Вырвались со звоном
   И из сердца по салонам
      Покатились клапана...
   И, назло другим принцессам,
   Та - взглянула с интересом,-
   Хоть она, писала пресса,
      Хороша, но холодна.

   Одуревшие от рвенья,
   Рвались к месту преступленья
   Люди плотного сложенья,
      Засучивши рукава,-
   Но не сделалось скандала:
   Все кругом затанцевало -
   Знать, скандала не желала
      Предрассветная Москва.

   И заморские ехидны
   Говорили: "Ах, как стыдно!
   Это просто несолидно,
      Глупо так себя держать!.."
   Только негр на эту новость
   Укусил себя за ноготь -
   В Конго принято, должно быть,
      Так восторги выражать...

   Оказал ему услугу
   И оркестр с перепугу,-
   И толкнуло их друг к другу -
      Говорят, что сквозняком...
   И ушли они, не тронув
   Любопытных микрофонов,
   Так как не было талонов
      Спрыснуть встречу коньяком.

   ...Говорят, живут же люди
   В этом самом Голливуде
   И в Париже!.. Но - не будем:
      Пусть болтают куркули!
   Кстати, те, с кем был я в "Каме",
   Оказались мужиками:
   Не махали кулаками -
      Улыбнулись и ушли.

   И пошли летать в столице
   Нежилые небылицы:
   Молодицы - не девицы -
      Словно деньгами сорят,-
   В подворотнях, где потише,
   И в мансардах, возле крыши,
   И в местах еще повыше -
      Разговоры говорят.
"А люди справедливости хотят"

FOMA

Жорик ..... я уже получил от жены за то что разбудиол чтением стихов вчера ночью :))))) Сёдня буду читать тихо. очень тихо. Но про себя не могу. Мне как то вот надо слышать почему то. Очень интересный эффект получаецца. ;)

Спс за стихи В машине сёдня слушал. Ты меня прям зарядил вчера. :)

Jorik

Спасибо и тебе!
Радует, когда есть понимание и старания находит благодарных единомышленников.
"А люди справедливости хотят"

Jorik

ПЕСНЯ О ВЕЩЕМ ОЛЕГЕ

   Как ныне сбирается вещий Олег
      Щита прибивать на ворота,
   Как вдруг подбегает к нему человек -
      И ну шепелявить чего-то.
   "Эй, князь,- говорит ни с того ни с сего,-
   Ведь примешь ты смерть от коня своего!"

   Но только собрался идти он на вы -
      Отмщать неразумным хазарам,
   Как вдруг прибежали седые волхвы,
      К тому же разя перегаром,-
   И говорят ни с того ни с сего,
   Что примет он смерть от коня своего.

   "Да кто ж вы такие, откуда взялись?!-
      Дружина взялась за нагайки,-
   Напился, старик, - так иди похмелись,
      И неча рассказывать байки
   И говорить ни с того ни с сего,
   Что примет он смерть от коня своего!"

   Ну, в общем, они не сносили голов,-
      Шутить не могите с князьями!-
   И долго дружина топтала волхвов
      Своими гнедыми конями:
   Ишь, говорят ни с того ни с сего,
   Что примет он смерть от коня своего!

   А вещий Олег свою линию гнул,
      Да так, что никто и не пикнул,-
   Он только однажды волхвов вспомянул,
      И то - саркастически хмыкнул:
   Ну надо ж - болтать ни с того ни с сего,
   Что примет он смерть от коня своего!

   "А вот он, мой конь - на века опочил,-
      Один только череп остался!.."
   Олег преспокойно стопу возложил -
      И тут же на месте скончался:
   Злая гадюка кусила его -
   И принял он смерть от коня своего.

   ...Каждый волхвов покарать норовит,-
      А нет бы - послушаться, правда?
   Олег бы послушал - еще один щит
      Прибил бы к вратам Цареграда.
   Волхвы-то сказали с того и с сего,
   Что примет он смерть от коня своего!


ПРО СЕМЕЙНЫЕ ДЕЛА
В ДРЕВНЕМ РИМЕ

   Как-то вечером патриции
   Собрались у Капитолия
   Новостями поделиться и
   Выпить малость алкоголия.

   Не вести ж бесед тверезыми!
   Марк-патриций не мытарился -
   Пил нектар большими дозами
   И ужасно нанектарился.

   И под древней под колонною
   Он исторг из уст проклятия:
   "Ох, с почтенною матреною
   Разойдусь я скоро, братия!

   Она спуталась с поэтами,
   Помешалась на театрах -
   Так и шастает с билетами
   На приезжих гладиаторов!

   "Я, - кричит,- от бескультурия
   Скоро стану истеричкою!"-
   В общем, злобствует как фурия,
   Поощряема сестричкою!

   Только цыкают и шикают...
   Ох, налейте снова мне "двойных"!
   Мне ж - рабы в лицо хихикают.
   На войну бы мне, да нет войны!

   Я нарушу все традиции -
   Мне не справиться с обеими,-
   Опускаюсь я, патриции,
   Дую горькую с плебеями!

   Я ей дом оставлю в Персии -
   Пусть берет сестру-мегерочку,-
   На отцовские сестерции
   Заведу себе гетерочку.

   У гетер хотя все явственней,
   Но они не обезумели.
   У гетеры пусть безнравственней,
   Зато родственники умерли.

   Там сумею исцелиться и
   Из запоя скоро выйду я!"
   ...И пошли домой патриции,
   Марку пьяному завидуя.


* * *
   Катерина, Катя, Катерина!
   Все в тебе, ну все в тебе по мне!
   Ты как елка: стоишь рупь с полтиной,
   Нарядить - поднимешься в цене.

   Я тебя одену в пан и бархат,
   В пух и прах и в бога душу, вот,-
   Будешь ты не хуже, чем Тамарка,
   Что лишил я жизни в прошлый год.

   Ты не бойся, Катя, Катерина,-
   Наша жизнь как речка потечет!
   Что там жизнь! Не жизнь наша - малина!
   Я ведь режу баб не каждый год.

   Катерина, хватит сомневаться,-
   Разорву рубаху на груди!
   Вот им всем! Поехали кататься!
   Панихида будет впереди...



ПОСЛЕ ЧЕМПИОНАТА МИРА ПО ФУТБОЛУ - РАЗГОВОР С ЖЕНОЙ

зарисовка

   Комментатор из своей кабины
   Кроет нас для красного словца,-
   Но недаром клуб "Фиорентины"
   Предлагал мильон за Бышевца.

      Что ж, Пеле, как Пеле,
      Объясняю Зине я,
      Ест Пеле крем-брюле,
      Вместе с Жаирзинио.

      Я сижу на нуле,-
      Дрянь купил жене - и рад.
      А у Пеле - "шевроле"
      В Рио-де-Жанейро.

   Муром занялась прокуратура,-
   Что ему - реклама! - он и рад.
   Здесь бы Мур не выбрался из МУРа -
   Если б был у нас чемпионат.

      Что ж, Пеле, как Пеле,
      Объясняю Зине я,
      Ест Пеле крем-брюле,
      Вместе с Жаирзинио.

      Я сижу на нуле,-
      Дрянь купил жене - и рад.
      А у Пеле - "шевроле"
      В Рио-де-Жанейро.

   Может, не считает и до ста он,-
   Но могу сказать без лишних слов:
   Был бы глаз второй бы у Тостао -
   Он вдвое больше б забивал голов.

      Ну что ж, Пеле, как Пеле,
      Объясняю Зине я,
      У Пеле на столе
      крем-брюле
      в хрустале,
      А я сижу на нуле.


* * *

   Красное, зеленое, желтое, лиловое,
   Самое красивое - на твои бока,
   А если что дешевое - то новое, фартовое,-
   А ты мне только водку, ну и реже - коньяка.

   Бабу ненасытную, стерву неприкрытую
   Сколько раз я спрашивал: "Хватит ли, мой свет?"
   А ты всегда испитая, здоровая, небитая -
   Давала мене водку и кричала: "Еще нет".

   На тебя, отраву, деньги словно с неба сыпались -
   Крупными купюрами, займом золотым,-
   Но однажды всыпались, и сколько мы не рыпались,-
   Все прошло, исчезло, словно с яблонь белый дым.

   А бог с тобой, с проклятою, с твоею верной клятвою
   О том, что будешь ждать меня ты долгие года,-
   А ну тебя, патлатую, тебя саму и мать твою!
   Живи себе, как хочешь - я уехал навсегда!


ПЕСЕНКА О ПЕРЕСЕЛЕНИИ ДУШ

   Кто верит в Магомета, кто - в Аллаха, кто - в Иисуса,
   Кто ни во что не верит - даже в черта, назло всем,-
   Хорошую религию придумали индусы:
   Что мы, отдав концы, не умираем насовсем.

      Стремилась ввысь душа твоя -
      Родишься вновь с мечтою,
      Но если жил ты как свинья -
      Останешься свиньею.

   Пусть косо смотрят на тебя - привыкни к укоризне,-
   Досадно - что ж, родишься вновь на колкости горазд.
   И если видел смерть врага еще при этой жизни,
   В другой тебе дарован будет верный зоркий глаз.

      Живи себе нормальненько -
      Есть повод веселиться:
      Ведь, может быть, в начальника
      Душа твоя вселится.

   Пускай живешь ты дворником - родишься вновь прорабом,
   А после из прораба до министра дорастешь,-
   Но, если туп, как дерево - родишься баобабом
   И будешь баобабом тыщу лет, пока помрешь.

      Досадно попугаем жить,
      Гадюкой с длинным веком,-
      Не лучше ли при жизни быть
      Приличным человеком?

   Так кто есть кто, так кто был кем?- мы никогда не знаем.
   С ума сошли генетики от ген и хромосом.
   Быть может, тот облезлый кот - был раньше негодяем,
   А этот милый человек - был раньше добрым псом.

      Я от восторга прыгаю,
      Я обхожу искусы,-
      Удобную религию
      Придумали индусы!

Примечание:

...Иногда напишешь песню и вдруг видишь: сам ведешь себя. несоответственно. Вот, например, после того как я написал "Балладу о переселении душ", стал приглядываться к собакам. Думаю: а вдруг это какой-нибудь бродячий музыкант раньше был? Или там кошек каких-нибудь видишь, думаешь, что это какие-нибудь дамы раньше были. определенные. И уже с ними ведешь себя по-другому. - В.В.


* * *

   Лукоморья больше нет, от дубов простыл и след.
   Дуб годится на паркет, - так ведь нет:
   Выходили из избы здоровенные жлобы,
   Порубили те дубы на гробы.

   Распрекрасно жить в домах на куриных на ногах,
   Но явился всем на страх вертопрах!
   Добрый молодец он был, ратный подвиг совершил -
   Бабку-ведьму подпоил, дом спалил!

      Ты уймись, уймись, тоска 
      У меня в груди!
      Это только присказка -
      Сказка впереди.

   Здесь и вправду ходит кот, как направо - так поет,
   Как налево - так загнет анекдот,
   Но ученый сукин сын - цепь златую снес в торгсин,
   И на выручку один - в магазин.

   Как-то раз за божий дар получил он гонорар:
   В Лукоморье перегар - на гектар.
   Но хватил его удар. Чтоб избегнуть божьих кар,
   Кот диктует про татар мемуар.

      Ты уймись, уймись, тоска 
      У меня в груди!
      Это только присказка -
      Сказка впереди.

   Тридцать три богатыря порешили, что зазря
   Берегли они царя и моря.
   Каждый взял себе надел, кур завел и там сидел
   Охраняя свой удел не у дел.

   Ободрав зеленый дуб, дядька ихний сделал сруб,
   С окружающими туп стал и груб.
   И ругался день-деньской бывший дядька их морской,
   Хоть имел участок свой под Москвой.

      Ты уймись, уймись, тоска 
      У меня в груди!
      Это только присказка -
      Сказка впереди.

   А русалка - вот дела! - честь недолго берегла
   И однажды, как смогла, родила.
   Тридцать три же мужика - не желают знать сынка:
   Пусть считается пока сын полка.

   Как-то раз один колдун - врун, болтун и хохотун,-
   Предложил ей, как знаток бабских струн:
   Мол, русалка, все пойму и с дитем тебя возьму.
   И пошла она к нему, как в тюрьму.

      Ты уймись, уймись, тоска 
      У меня в груди!
      Это только присказка -
      Сказка впереди.

   Бородатый Черномор, лукоморский первый вор -
   Он давно Людмилу спер, ох, хитер!
   Ловко пользуется, тать тем, что может он летать:
   Зазеваешься -  он хвать -  и тикать!

   А коверный самолет сдан в музей в запрошлый год -
   Любознательный народ так и прет!
   И без опаски старый хрыч баб ворует, хнычь не хнычь.
   Ох, скорей ему накличь паралич!

      Ты уймись, уймись, тоска 
      У меня в груди!
      Это только присказка -
      Сказка впереди.

   Нету мочи, нету сил, - Леший как-то недопил,
   Лешачиху свою бил и вопил:
   -Дай рубля, прибью а то, я добытчик али кто?!
   А не дашь - тогда пропью долото!

   -Я ли ягод не носил? - снова Леший голосил.
   -А коры по сколько кил приносил?
   Надрывался издаля, все твоей забавы для,
   Ты ж жалеешь мне рубля, ах ты тля!

      Ты уймись, уймись, тоска 
      У меня в груди!
      Это только присказка -
      Сказка впереди.

   И невиданных зверей, дичи всякой - нету ей.
   Понаехало за ней егерей.
   Так что, значит, не секрет: Лукоморья больше нет.
   Все, о чем писал поэт, - это бред.

      Ну-ка, расступись, тоска,
      Душу мне не рань.
      Раз уж это присказка - 
      Значит, дело дрянь.

"А люди справедливости хотят"

FOMA

23-08-2008, 21:36:26 #10 Последнее редактирование: 23-08-2008, 21:45:37 от FOMA
щас передачу про Высоцкого смотрю повтор. там его песни поют все подряд. и сразу сюда заглянул. супир песни канешна.

не удержался. выложу здесь стихотворение Гафта, посвящённое В.Высоцкому.

ЦитироватьВалентин Гафт

ХУЛИГАН

Мамаша, успокойтесь, он не хулиган.
Он не пристанет к Вам на полустанке.
В войну (Малахов помните курган?)
С гранатами такие шли под танки.

Такие строили дороги и мосты,
Каналы рыли, шахты и траншеи.
Всегда в грязи, но души их чисты.
Навеки жилы напряглись на шее.

Что за манера - сразу за наган?!
Что за привычка - сразу на колени?!
Ушел из жизни Маяковский-хулиган,
Ушел из жизни хулиган Есенин.

Чтоб мы не унижались за гроши,
Чтоб мы не жили, мать, по-идиотски,
Ушел из жизни хулиган Шукшин,
Ушел из жизни хулиган Высоцкий.

Мы живы, а они ушли Туда,
Взяв на себя все боли наши, раны.
Горит на небе новая звезда -
Ее зажгли, конечно, хулиганы.

(Венок Высоцкому. Стихи. Сборник посвящений.
Ангарск: А/О "Формат", 1994.
Составитель Повицкий И.Л.)


помоему просто супирское стихотворение. ещё стихи посвящённые Высоцкому можно почитать тут

Вверх